zabika.ru 1

z_start


на дне

Дом, где умерла надежда

У жильцов дома на улице Стурес, 2, почти нет шансов вернуться в общество

n129_stures_2_od-18.jpgФото Оксаны Джадан.Со стороны может показаться, что дом нежилой.

Бывшие общежития ныне стали приютом для выбитых из привычной колеи и опустившихся людей. Таких общежитий в столице с десяток, и одно из самых страшных — на улице Стурес, 2.

Татьяна АНДРИАНОВА

...Кирпичная пятиэтажка в Ильгюциемсе. На нас смотрят ощетинившиеся осколками окна. Среди пыльных глазниц странно выглядят с десяток чистеньких окон, облагороженных цветами в горшках и даже кое-где стеклопакетами. За ними живут те, кому власти могли бы помочь, но не считают нужным. Но большинство обитателей бывшего общежития составляет «контингент» — люди опустившиеся, с трудом вспоминающие, как пользоваться ватерклозетом.

Так жить нельзя!

n129_stures_2_od-06.jpgЭто помещение предназначено для умывания.

«Час» рассказывал о жизни в бывшем общежитии, когда его жильцы обратились в редакцию за помощью: первый раз, когда им отключили отопление, второй раз — когда остались без электричества. И что, люди разбежались? Нет, жуткий «теремок» битком набит жильцами, и если раньше пятый этаж был свободен, то сейчас и там живут.

Мы отправляемся в экстрим-экскурсию по этажам и коридорам, начиная сверху, где, по словам обитателей, «самый кошмар». Здание похоже на пятиэтажную малосемейку, только лоджий нет. Удобства в одном конце коридора, хотя по плану — в двух. В неосвещенном тоннеле — вечные сумерки и вечный же запах дешевого спирта- водочки.

Заходим в кухню. Когда-то здесь стояли электроплиты, которые обычно не выключали, что привело к долгу и отключению здания от электросети. Вопрос решили, убрав плиты и установив жильцам индивидуальные счетчики. Также были устранены и проблемы с водой и канализацией. В кухне одна раковина, в которой женщина под тонкой холодной струйкой моет кусок сала. Она рассказала, что жила когда-то в хорошей квартире:


Потом муж умер, у меня появился долг, и маклер переселил меня сюда. Сначала я платила за комнату 5, потом 13, а сейчас уже 40 латов.

Кухня наполнялась народом — на этаже около 35 комнат. Другая женщина повела нас показать 17-метровую комнату, где они живут с сыном. Убожество, в котором стараются поддержать порядок. Они тоже переехали сюда из-за долгов, когда сын потерял работу.

А мы жили на Тапешу, — приоткрыла дверь своей комнаты 76-летняя Вера. — Зять остался без работы, а у нас был кредит. Чтобы рассчитаться с банком, продали квартиру и оказались здесь.

Вера только что переехала, сделала ремонт и никак не может успокоиться, что пропали два стула, которые она «буквально на пять минут» выставила за дверь, пока красила пол.

Валя оказалась здесь после закрытия общежития «Юглас мануфактура» на улице Маркалнес. У нее есть надежда на лучшее — стоит в очереди на социальное жилье. Владимир, с которым Валя знакома еще по Югле, живет без договора. Да, в этом последнем приюте тоже своя иерархия: у некоторых приватизированные комнаты, куда они попали после обмена. Это лучше, чем снимать комнату по договору. Но самое плохое — оказаться без договора. Владимира это больше всего и волнует:

n129_stures_2_od-15.jpgЖильцы: «Разве здесь можно жить?»

У меня был долг, и мне сказали приватизировать комнату на другого человека. Когда я это сделал, меня переселили в другую, но договор о найме не подписали. Это значит, что я не могу декларироваться, стать на учет в поликлинику.

Таких переселенцев в здании немало. Некоторые живут в местном «обезьяннике», как назвали часть отгороженного решеткой коридора на первом этаже. На матрасах, а то и без них, спят люди, для которых даже эти убогие комнаты — роскошь.

Кашу не сваришь

Заходим в комнату управляющего жилищным товариществом «Стурес 2». Несколько лет назад инициативная группа решила создать жилищный кооператив, даже комнату для детей оборудовали. Что сегодня?


Активисты разбежались, — рассказывает Игорь Киселев, который управляет местным хозяйством. — Сейчас я раздаю счета, пытаюсь поддерживать порядок, перечисляю по исполнительным листам задолженности за отопление и воду.

В АО «Ригас силтумс» «Часу» рассказали, что дом имеет долг за отопительный сезон 2001—2002 года и придется взыскивать по исполнительному листу. В «Ригас уденс» сообщили, что судебные исполнители пробуют взыскать долг в размере 200 латов в месяц, но это не всегда получается.

Лишить дом воды мы не можем, — заключил пресс-секретарь РУ Артурс Муцениекс, — но в доме, очевидно, есть проблемы.

Это точно. За жилье обитателям комнат (которые не входят в частный сектор) выписывается счет 6,56 лата в месяц, но не все платят. В социальную службу за помощью обращаются единицы.

Им ничего не надо, — сетует управляющий. — Мы думали заключить соглашение со строителями о реновации, с тем чтобы они получили верхний, надстроенный этаж. Но для этого нужно общее согласие, а они о будущем не думают — даже мусор до мусорника не доносят, в унитаз сваливают. Ремонт на лестничных клетках сделали, и видите, все опять запачкали. А народ собрался заботами маклеров со всей Латвии.

Управлению мешает и разнообразие собственности дома.

Другие

Те окошки на фасаде, которые светятся чистыми стеклами и геранью, принадлежат в основном тем, кто жил здесь еще в советское время, когда общежитие принимало работников минстроя. Кто-то с тех пор успел получить жилье, а кто-то застрял. Живут они в основном на первом и втором этажах. В квартирах у них микроволновки и электрорадиаторы. Здесь чистый коридор, туалет запирается.

Сейчас стало получше, — говорят обитатели первых этажей. — А раньше полиция отсюда не выезжала. Но неужели мы не можем надеяться на то, что дума нам поможет?

Вопрос риторический. У Рижской думы есть правила, которые регулируют порядок постановки на очередь на жилье. И если старожилы не могут претендовать на новое жилье по причине того, что они приватизировали комнаты, то те, кто оказался здесь по милости маклеров, не могут надеяться на помощь из-за того, что свои квартиры они продали. Вот что сообщила председатель Жилищного управления РД Ария Стабиня:


На очередь их не поставят, разве что обратятся инвалиды, многодетные семьи. Это уже индивидуально будет рассматриваться.

Шанс должен быть

Впечатление от Стурес, 2, двоякое. С одной стороны, можно сказать, что люди сами виноваты — не сумели сохранить или распорядиться прежним жильем, а сейчас пьют горькую и требуют уборщицу, но как быть тем, кто хочет, кто работает, но на квартиру все равно не хватает? Депутат Рижской думы Виктор Дергунов высказал такую точку зрения:

К жильцам таких домов надо относиться, как к жильцам денационализированных, если они в них жили на момент, например, приватизации или снятия статуса общежития. Разве люди виноваты, что до них не дошла в свое время очередь? У них тоже должен быть шанс улучшить свои жилищные условия. Но и жильцы должны бить тревогу, чтобы их проблема была замечена.

При прошлой думе жильцам со Стурес, 2, тоже советовали обращаться в жилищный и социальный комитеты с просьбой рассмотреть вопрос о присвоении дому или его части статуса социального. Возможно, еще не поздно. Или в этом доме уже умерла надежда?