zabika.ru   1 ... 6 7 8 9

Вопрос: Вы имеете и виду, что если мы в своей жизни испытываем страдания, то это, может быть, и хорошо, потому – что это дает нам возможность встретить этот вызов и превзойти его? Что это могло бы принести нам пользу в понятиях перерождения?

Ответ: Я не имею в виду, что события приводят всегда к лучшему. Тут могут быть и ятю ужасающие вещи. Вы могли бы быть бесконечно обречены: поскольку вы страдаете в этой жизни, это могло бы также заставить вас страдать и в следующей. Все это дело не очень то направлено к добру. Могут произойти самые разные вещи…

Вопрос: Когда вы частично переминаете недвойственность, не считаете ли вы. что в каком то смысле говорить об этих переживаниях вредно? Не думаете ли вы, что наклеивание на них ярлыков может быть разрушительным?

Ответ: Я не думаю, что это особо разрушительно или нездорово: но это могло бы до некоторой степени затормозить процесс развития, поскольку это лает вам нечто, за что вы можете держаться. Это заставляет вас сохранить все закоулки в области ваших переживании. Это заставляет вас стараться придерживаться своего анализа. Не будучи губительным, это – задерживающий процесс. Нечто подобное заставляет вас оцепенеть вместо того, чтобы установить прямую связь с действительными переживаниями. Вы не устанавливаете прямых отношений, поскольку закопаны в броню. Тогда вы действительно в согласии с балансом комфорта, отвечающего этой броне: «Согласно моим доспехам из брони, это переживание должно быть таким то или таким то».

Вопрос: Как вы снимаете Вашу броню?

Ответ: Это не обязательно вопрос сбрасывания ее. Это вопрос видения возможности незащищенности; видения, что вы можете относиться к вещам открыто. Надевание брони, которую вы носите вокруг своего тела, на некоторой стадии становится ненужным. Это не столько вопрос отказа от маски; скорее маска начинает оставлять вас, поскольку она больше не оказывает на вас никакого воздействия,

Вопрос: Является ли побуждение как то объяснить переживание функцией эгоистической потребности заморозить ситуацию? Не есть ли оно скорее фиксирование того, где я сейчас нахожусь, чем просто продолжение и переживание? Что это такое? Почему это происходит?

Ответ: В основном, потому что вы устанавливаете связь с какой нибудь вехой. Пока вы соотноситесь с любым опознавательным знаком, с любой точкой отсчета сравнительно изучения, вы явно продолжаете быть в затруднительном положении, потому что вы или слишком далеко от этого опознавательного знака, или подошли к нему не так уж близко.

Вопрос: Множество проблем в отношениях с другими людьми, по видимому, эмоционального характера. Иногда чувства, не соответствующие непосредственной ситуации, которые уместны в каких то других обстоятельствах, никак не исчезают. Вы можете рассудком знать, что они неуместны в ситуации, по все таки…

Ответ: «Соответствовать ситуации» – сомнительная идея. Начните с того, что вы должны отнестись к ситуации так, как вы ее видите. Вы могли бы обнаружить, что находитесь во враждебном окружении. Первое что необходимо – изучить враждебное окружение; посмотреть, насколько оно враждебно, насколько это сильно. Тогда вы сможете установить отношения с окружающими.

Ваши рассказы о ситуациях весьма обманчивы. Для вас ситуации таковы, какими вы бы хотели, чтобы они были, какими они могли бы быть, какими они вам кажутся. Это очень зыбко. Так что прежде чем танцевать на земле, вы должны проверить, можно ли на ней безопасно танцевать, не лучше ли надеть обувь или же можно танцевать босыми.

Вопрос: Есть различные оценки ситуаций общения: это в любом отношении вредно для вас, вредно ли это также для вас, вредно ли это также для человека, с которым вы сейчас общаетесь… Может быть, в некоторых обстоятельствах это не такая уж общая вещь? Это могло бы быть полезно для них, даже если это представляется вам явно вредным? Или это в то же время было бы вредно и для них?


Ответ: В самой своей основе ситуация такова, что нет никаких отдельных реальностей – например, вещей и эго. Есть только одна реальность. Если вы способны иметь дело с одним концом реальности – вы имеете дело с целым и не должны строить стратегию на разных концах. Это одна реальность. Такая стратегия может ввести вас в затруднительное положении, поскольку нам бы хотелось пребывать в позиции манипулирования и уравновешивания различных факторов – так, чтобы все было надежным и устойчивым, чтобы вещи точно соответствовали своим территориям: его конец палки, мой конец палки. Но, в сущности, необходимо отказаться от идеи территории. Так или иначе, вы в действительности имеете дело со всей территорией, а не с одним концом, не с периферией, а только с одним местом в середине. Но этим одним пятном в середине закрывается вся территория. Так что вы не должны пытаться все время поддерживать две стороны. Просто работайте над одной вещью. Реальность становится одной реальностью. Нет такой вещи как отдельные реальности.

Вопрос: Расскажите что нибудь о развитии мандалы в живой ситуации.

Ответ: Это на самом деле мы и обсуждаем. Сложности жизненных ситуаций в действительности не так сложны, как мы склонны переживать их. Сложности и заблуждения – все имеют где то свои один корень, некий объединяющий фактор. Ситуации не могли бы происходить без посредника, без пространства. События происходят потому, что этому благоприятствует имеющийся в окружении, так сказать, животворный кислород. Это – объединяющий фактор, корень видения мандалы; в силу этого хаос методически хаотичен. Например, мы находимся здесь, и есть также много людей, толпа. Но каждый человек методически приходит к некоторому заключению относительно целого. Вот почему мы здесь. Но если бы мимо проходил сторонний человек и взглянул бы на сборище, он увидел бы здесь слишком большое скопление людей, трудное для понимания. Он бы не усмотрел здесь единой ситуации в которой мы заинтересованы, с которой все связаны. Таким образом происходит все, что случается в жизненных ситуациях. Хаос методично хаотичен.


Вопрос: Вы имеете в виду, что это вопрос разных перспектив? У каждого человека имеются различные причины быть здесь: если бы он посмотрел на это извне, он бы увидел нас сидящими здесь и, может быть, не знал бы – с какой целью.

А тогда…

Ответ: Я имею в виду, что мы пытаемся объединиться с помощью замешательства.

Вопрос: Чем больше замешательство, тем больше единство?

Ответ: Так говорят люди тантры.

Вопрос: Вы подразумеваете, что чем больше замешательство, тем труднее наклеить ярлык на реальность?

Ответ: Видите ли, хаос имеет порядок, благодаря которому он в действительности не является хаосом. Но когда пет никакого хаоса, никакого беспорядка – тогда есть удовольствие, комфорт. Комфорт и роскошь еще введут вас в сансару, поскольку вы, будучи в таком положении, создаете еще большие возможности, доставляющие наслаждение как психологически, так философски и физически. Вы можете напрячься и изобрести еще больше безделушек для собственного развлечения. Но что странно: если научно взглянуть на всю эту химию, то можно увидеть, что создание более комфортных ситуаций еще больше увеличивает ваше скопление хаоса. То есть, в конечном итоге все эти прекрасные заключения возвращаются к вам – и вы начинаете ставить их иод вопрос. Так что вы, в конце концов, не счастливы. Это и ведет вас к последующему пониманию, что в конечном счете затруднения и есть порядок в этом смысле.

Вопрос: Вы именно это подразумеваете, когда я говорю о работе с отрицательностью?

Ответ: Это именно то, что есть. Тантрическая традиция говорит о трансмутации – изменении свинца в золото.

Вопрос: Когда Вы медитируете, предполагается ли просто выход во вне действительность или же должны пойти за ваши прошлые переживания? По видимому, более интересен выход во вне…

Ответ: Основная химия переживания, космический закон – или как бы вы ни хотели это назвать – имеет, что касается этого, свое собственное естественное равновесие. Вы выходите из пространства, вы просто грезите; по видение снов в течение долгого времени не несет в себе никакого послания. Это потому, что вам не удалось установить связь с действительностью сновидения, действительностью выхода во вне простраиство. Дело в том, что вы не сможете достичь любого вида бесконечности посредством выхода вовне до тех пор, пока вы не переживете пространства земли, которое дает пристанище существующим, плотным земным явлениям. Так что основная химия переживания всегда возвращает вас назад, снижает вас. Переживание Будды этому пример. После длительного обучения у мистических учителей он пришел к заключению, что нет никакого пути наружу, вовне. Он начал работать над своим собственным путем внутрь. Просветление – это больше путь внутрь, чем вовне. Это значит, что я предлагаю не культивирование чувства внутреннего, а скорее установление связи с прочным, земным аспектом вашего переживания.


Вопрос: Я нередко думал, что есть путь вне конфликта. Но время шло, а он все еще оставался, так что я представляю себе, что существует путь жизни в центре конфликта. Но иногда попытка удержаться в нем истощает.

Ответ: Но что вы делаете, когда нет конфликта?

Вопрос: Я не могу вообразить, что было бы без него, Я полагаю, в этом отсутствовала бы жизнь.

Ответ: Это было бы мертвым. Именно работа с конфликтом является идеалом при движении на духовном пути. Путь очень суров – извивающаяся горная тропа со всеми кручами и поворотами, хищные звери, нападения разбойников, всевозможные неожиданности. Что же касается того, что знает наш ум, то хаос пути является забавой.

Вопрос: Поскольку учение буддизма начинают преподавать здесь, в Америке, и оно претерпевает интерпретации и изменения, присущие его природе, какие ловушки вы предвидите в этом отношении?

Ответ: Существует опасность, что люди будут иметь дело скорее с тем, что выражается по этому поводу, нежели с их собственными переживаниями пути. Комментарии и интерпретации имеют тенденцию окрашиваться разного рода побочными явлениями. Есть огромная опасность установления связи людей не с самим путем, а, скорее, с точками зрения относительно пути. Вот почему на Западе учение не считается попятным. Полагают, что оно имеет какую то особую тайну, и люди оказываются во фрустрации, чувствуя, что они неспособны понять ее. Такая фрустрация вызывает поиск во всех направлениях в попытке найти интерпретации.

Когда мы ищем объяснения нашей фрустрации где то еще, если мы пытаемся смотреть вокруг да около – тогда видение пути становится скорее делом придорожного пейзажа, нежели самой дороги.

В традиции Буддизма раньше путь не рассматривали как какое либо социологическое или археологическое исследование. В значительной степени это было делом вашего собственного психологического портрета, вашей собственной психологической географии. Если вы достигаете пути таким образом, то вы можете приблизить свою собственную инспирацию, включая даже инспирацию вашего собственного культурного основания. И это, однако, не означает, что вы должны вовлечь себя в сложные интерпретации, связывающие вашу психологию с нашей культурой. Это был бы еще один шаг в сторону.


Вы должны держаться прямого и строгого пути. Сделав это, вы получите право на интерпретацию; поскольку в этом моменте учение – более уже не чужой язык для вас, это ваш очень похожий психологический портрет. Весь процесс становится столь наглядным, непосредственным, естественным.

Вопрос: Тогда, раз уж вы знаете точные правила и законы и имеете опыт, вы можете позволить себе некоторое отклонение?

Ответ: Вы можете отклониться скорее в плане вашего опыта в повседневной жизни, чем в понятиях философии или других теоретических конструкций. Философия или теоретическая экстраполяция любого вида не имеют к вам совсем никакого личного отношения. Рассмотрение в этих понятиях есть просто накопление еще больших фантазий.

Вопрос: Не расскажите ли Вы о лености?

Ответ: Леность – важная ступень. Леность – это не просто лень, она весьма разумна. Она может выдумать всевозможные извинения. Она ищет всякого рода манипулирования общей ситуацией, эмоциональной ситуацией; она взывает к вашему здоровью, вашему бюджету; она обдумывает всякие уловки, чтобы только оправдать себя.

В то же время в самообмане имеется глубокий смысл. Применение логики лености постоянно продолжается в вашем собственном уме. Вы постоянно ведете разговор с собой – разговор между вашим основным бытием и вашим чувством лености, устанавливая логику, которая заставляет вещи казаться совершенными, легкими и гладкими, но в вас есть молчаливое понимание того, что на самом деле эта логика – самообман. Это под поверхностное осознание самообмана, эту вину или дискомфорт можно использовать как ступень для выхода за пределы лености. Если вы желаете сделать это, единственное, что требуется – признать самообман. Такое признание очень легко становится средством помощи.

Вопрос: Знаем ли мы, что мы делаем большую часть времени?

Ответ: Мы всегда знаем. Когда мы говорим, что не знаем, что мы делаем, это – большой самообман. Мы знаем. Как я уже говорил, птица может сидеть, устроившись на дереве, в то время как она спит. Мы в действительности знаем очень хорошо, что мы делаем.


Вопрос: Всегда ли имеется осознавание, не зависящее ни от чего?

Ответ: Осознавание со стороны эго всегда есть, да. Оно всегда есть – медитативное состояние на свой собственный лад.

Вопрос: Почему так трудно стать лицом к липу с ним?

Ответ: Потому что это наша сокровенная тайна, наше последнее сокровище. Это то, что заставляет нас чувствовать себя в комфорте и под защитой.

Вопрос: Нужно ли нам тогда принимать ответственность?

Ответ: Самообман не относится к числу больших шкал, на которых обычно рассматривается ответственность. Он очень ограничен: он имеет отношение к текущим событиям, сиюминутным маломасштабным ситуациям. Мы все еще поддерживаем свои школярские черты, лаже став взрослыми. В нас всегда есть своенравие, своего рода изворотливость, которая проявляется все время, которая полностью пронизывает наш опыт.

Вопрос: Полезно ли в медитации попытаться расслабиться?

Ответ: С буддийской точки зрения, медитация не предназначена для создания релаксации или другого приятного состояния в этом отношении. Медитация предназначена быть провоцирующей, побуждающей. Вы сидите и даете всему проходить через вас: напряжению, страсти или агрессии – разного рода вещи всплывают. Так что буддистская медитация – это не вид ментальной гимнастики, предусматривающий погружение себя в состояние релаксации. Это – совершенно другое отношение, поскольку нет никакой особой цели или объекта, никакого прямого требования достичь чего то. Это больше вопрос того, как быть открытым.


<< предыдущая страница